Villgelmina
Carpe Diem
Стрибог - в восточнославянской мифологии бог ветра.
Имя Стрибога восходит к древнему корню «стрег», что означает «старший», «дядя по отцу». Подобное значение встречается в «Слове о полку Игореве», где ветры названы «стрибожьими внуками». Родился Стрибог из дыхания Рода.
Он может вызвать и укротить бурю и может оборачиваться своим помощником, мифической птицей Стратим. А вообще ветер обычно представляли в образе седовласого старика, обитающего на краю света, в глухом лесу или на острове посередине моря-океяна.

Идол Стрибога был установлен в Киеве в числе семи важнейших славянских божеств.
Неизвестно существовал ли постоянный праздник в честь Стрибога (указанный на 21 августа), но его упоминали и почитали вместе с Дажьбогом. Вероятно, ветер, как и дождь, и солнце, считались важнейшими для земледельца. Стрибога молили также мореплаватели, чтобы он дал «ветра в парус». У ветра много внуков и сыновей, мелких ветерков.

Главные храмы Стрибогу находились на морских островах, близ устьев рек, где часто останавливались купеческие корабли (например, на острове Березань близ устья Днепра). К нему перед выходом в открытое море подходили корабли русев, и купцы приносили Стрибогу богатые дары.
По преданию, Стрибог ярился по земле ветрами, а также вместе с Перунам повелевал громами и молниями. Он вместе со Сварогом и Сварожичами победил Черного Змея. Он помогал Перуну в его борьбе со Скипером-зверем, а Хорсу - в борьбе с Месяцем.

Еще в XIX веке на Дону мельники призывали Стрибога, которого они называли Стрыбом. Старикам помогали дети такой песней-молитвой:
Повей, Стрыбу, нам из неба,
Треба нам на завтра хлеба!
Проходило совсем немного времени — налетал ветер, начинали вращаться крылья ветряной мельницы, а вслед за ними и жернова, перемалывающие зерна в муку.

Есть черная скала средь моря-океана:
Там Стрибог властвует, и внуков — бегунов
Он шлет отгула к нам с дождями для лугов,
С грзою с вьюгами, с покровами тумана.
Тот вторит хохоту Перуна-великана,
А этот голосит тоскливей бедных вдов;
От рева старшего гудит вся глушь лесов,
А песни младшего нежней, чем песнь Баяна.
Но на своей скале в равнине голубой -
Горюет старый дед, взирая вдаль сурово:
Могучие уста закованы судьбой.
А лишь дохнул бы он! — летели бы дубровы,
Как в летний день в степи летит сухой ковыль,
От высоких гор стояла б только пыль.

Стрибог. П. Бутурлин.



@темы: Интересное на заметку.